Алена Микора Студия Живая линия

Жила-была Точка. Жила себе на листе бумаги и не тужила. Ей было известно, что она поставлена с совершенно определенной целью. Неизвестно, правда, кем. Ну да разве это так уж важно.
За время пребывания на листе Точка уже усвоила, что одна точка может соединиться с другой. И (при условии, что одна из них будет выше, а другая ниже), из их связи может получиться двоеточие. После которого принято многое объяснять и додумывать. Точке не очень-то нравилась подобная перспектива, поэтому она не стремилась прилипать к кому-либо.
Кроме того, она давно поняла, что также не стоит вмешиваться в отношения двух точек. Потому что тогда случится троеточие. А троеточие - это такая многозначительная штука, за которой может последовать вообще что угодно. А Точка была осторожной, ибо была начитанной. То есть прочитанной много-много раз. То есть, если можно так выразиться, была она начитанной до блеска.

Точка старалась поддерживать добрые отношения с буквами, несмотря на то, что считала их глупыми и бессмысленными. Она прекрасно понимала, что без букв она также потеряет смысл. Одним словом (и тем более без единого слова!), доведет себя до точки. В этом она нисколько не сомневалась. И правильно делала: ей было хорошо известно, что бывает с Точками, которые начинают сомневаться: они теряют форму и превращаются в запятые.
Любопытство также не входило в число пороков Точки: она помнила, что над слишком любопытными появляются этакие загогулины, и тогда Точки – как не бывало. Один только вопрос да недоумение.
Она также слышала, что порой над точкой может обнаружиться вертикальная линия, этакий лучик, и это считается знаком свыше. Восклицательным. Но о том, что это значит, ей оставалось только догадываться, потому что никаких таких линий (и лучиков тем более) она видеть над собой не хотела.
Она вообще старалась не создавать проблем. Просто стояла себе на своем месте, на гладеньком листе бумаги, и спокойно делала свою работу, а именно: завершала предложение.
Но однажды случилось то, чего Точка предугадать не могла: лист смялся.
Причем не самую малость, а так, что мама не горюй. Буквы перемешались, и Точку завертело, закружило.
В один далеко не прекрасный момент, изрядно потрепанная и вконец растерявшаяся, она обнаружила рядом с собой другую точку. Та вела себя довольно странно, даже не пытаясь пристроиться к предложению. Фигурально выражаясь, висела в воздухе. И, кажется, нимало этим не была смущена.
- Здравствуйте, Точка! – вежливо сказала наша героиня.
- Как-как вы меня назвали? – возмутилась незнакомка.
- Точка. Разве вы ею не являетесь?
- Нет, конечно. Я – альбатрос!
- Не может быть! Я же отчетливо вижу, что вы – всего-навсего точка!
- Чушь. Вы не способны мыслить большими категориями. Я - вольная птица, улетевшая на приличное расстояние и превратившаяся в точку, - ответили ей.
- А я – вот Точка, - насупилась Точка. - Настоящая. Без всяких там… выкрутасов.
- Ха! – заявила точка, называвшая себя альбатросом. – Ха, и еще раз Ха! Оглянитесь-ка назад – предложения, которое вы завершаете, уже не существует! Лист смят, слова перепутались, иные банально оторваны. Вам, дорогая моя, НЕЧЕГО завершать. А я в любой ситуации буду птицей. Или, если захочу – звездой. Не обязательно даже очень далекой, ибо все звезды крошечны. Вообще, я могу быть кем и чем угодно: бесконечно малым утюгом, зерном, родинкой… А вы… вы, милая, - ничто. И точка.
Вот такая странная история. И вроде бы надо как-то довести эту историю до конца, все, как следует, у-точнить и поставить в истории точку, но вся беда в том, что обычную, даже очень жирную точку ставить не хочется: слишком скучно. А точки-птицы не так уж часто попадаются.
А если уж попадаются, то в неволе хиреют, вырождаются и превращаются в обычные бескрылые точки. Чего и врагу не пожелаешь.
Посему предлагаем считать эту историю не-точной и бес-конечной
Бесконечной, как лист, на котором - мы верим - всегда найдется место для еще одной Обычной Точки, превратившейся в далекую птицу. Или, на худой конец, звезду.